Палка, палица, дубина

«… Не бей в чужие ворота палкою, не ударили бы в твои дубиною»

«Палка о двух концах: либо ты его, либо он тебя».


«Палочье» - так в старину называли прямые и гладкие, без утолщений, куски дерева различной длины, имевшие множество полезных применений в крестьянском хозяйстве и быту, начиная от жердей, подпирающих забор, и рукоятки от вил до деревянного валька, которым бабы колотили белье при стирке. Одновременно с этим «палочье» являлось наиболее простым и доступным «народным» оружием самообороны, которое почти всегда было под рукой.

В случае нежданной угрозы или ссоры с соседями вполне годился кол, вывернутый из ближайшего плетня. Пригодными для схватки были также дорожный посох, клюка, оглобля и тележное дышло. Русские женщины, которые тоже умели за себя постоять, чаще всего пускали в ход коромысло – крепкую полутораметровую палку, с которой они ходили по воду. В качестве примера можно привести былину «Василий Буслаев и мужики новгородские», один из самых колоритных А. Рябушкин 'Чернавушка и мужики новгородские'персонажей которой - девушка-чернавушка, живущая в доме Василия в качестве прислуги и демонстрирующая поистине богатырскую силу и мастерство во владении своим незатейливым оружием. По сюжету былины удалец Васька Буслаев вызывает на палочный бой весь Великий Новгород, но накануне мать запирает его самого в погребе. Дружина Буслаева, лишившись предводителя, терпит поражение и взывает о помощи.

И тут девушка-чернавушка
Бросала она ведро кленовоя,
Брала коромысла кипарисова,
Коромыслом тем стала она помахивати
По тем мужикам новгородскием,
Прибила уж много до смерте.

Совершив этот подвиг, чернавушка сбивает замки и освобождает самого Буслаева, и тот, вооружившись по дороге тележной осью, вносит в битву решительный перелом.

А. Рябушкин 'Илья Муромец и Соловей Разбойник'Палочные бои, наравне с кулачными, с древнейших времен составляли для русских людей своего рода потеху, увеселение. «Как дружбу не показать, бока не поломать», «без шуму и брага не закиснет» - говорили в старину. Упоминаний в письменных источниках о подобных потехах достаточно много, начиная с XII века и до 30-х годов века XX. В одном из самых ранних документов говорится о древней, идущей из глубины времен традиции, при которой «в некие праздники» люди сходились и устраивали бои, на которых «деревянным ослопием бьяхуся и убивахуся». Из более поздних источников мы знаем, что подобные бои обычно проводились зимой, от Рождества до Масленицы. Бились чаще всего на льду замерзших рек и озер, а также на мостах.
Палочный бой «не по злобе» и «до охоты» не был просто дракой, но своего рода турниром, молодецкой забавой, хотя и довольно жестокой и увечной, но проводившейся по определенным правилам. Об этих правилах противоборствующие стороны сговаривались заранее. Наиболее распространенные ограничения – не бить по голове, не бить сзади, не бить лежачего и безоружного. Запрещались также колющие удары – «на тычок».
Противостоящие друг другу партии бойцов формировались как правило по территориальному принципу: чаще всего отношения выясняли близлежащие деревни, а в городах и поселках – отдельные районы (концы), или соседние улицы.

Как нам хотели запретить
По этой улице ходить,
А вы запретители
По морде не хотите ли?

Бились «сам на сам» и «ватага на ватагу», известны случаи показательных схваток одного особо искусного бойца против нескольких противников. Перед боем стороны задирали друг друга перебранкой, исполнением частушек угрожающе-залихватского содержания, а также в ряде случаев исполняли особый пляс с кольями. Такое вызывающее поведение называлось «ломанием», и помогало бойцам, как говорили в старину, «заблаговать» - войти в особое неистовое «блажное» состояние сознания, когда исчезает чувство страха и снижается чувствительность к боли - своего рода боевой транс. Той же цели служила и игра на музыкальных инструментах, которой обычно сопровождались подобные состязания в силе и ловкости, – гуслях, бубнах, рожках, сопелях, а позднее – гармонях и балалайках. В северных губерниях – Псковской, Новгородской и Тверской, такой пляс называли “скобарем” (по словарю Даля скобениться - значит скорчиться, согнуться в дугу). Музыка задавала действию определенный ритм, то замедляя, то убыстряя движения бойцов.

Выходи ребята драться
Что зажмурившись ходить
Я один сюда пришедший
Вам слабо меня побить!
Заиграйте мне под драку
Пора драку начинать
Неприятели собрались
Хочут головы ломать!

Заканчивались бои всеобщим братанием, совместной трапезой и выпивкой, во время которой обсуждались все подробности произошедшего.

Э. Соколовский 'Алеша Попович и калика перехожая'

Традиции палочных боев существовали на Руси повсеместно, но более всего в центральных и северных регионах. Славились такими потехами Тверь, Псков, Белоозеро, Москва и особенно Господин Великий Новгород, где мужи новгородские традиционно сходились на мосту через Волхов и бились там «палками и дрекольем». Одно из старинных прозвищ новгородцев – «долбежники», от слова «долбня» - дубинка с утолщенным концом.
Очевидно, что основное, глубинное предназначение палочных боев состояло в воспитании в молодых мужчинах воинского духа и умения биться оружием как в одиночку, так и в составе дружины. Кроме того, некоторые исследователи усматривают в палочных боях, также как в кулачных, отголоски неких ритуальных действ, сохранившихся еще со времен язычества, и относящихся к дружинно-воинской, а возможно и к аграрной магии. Во всяком случае, Православная Церковь относилась к подобным забавам очень неодобрительно, особенно в XII-XIII веках, называя их «игрищами и позорищами», «обычаем треклятых еллинов».

Если говорить об оружии для палочных боев, то собственно палкой принято было называть гладкий, без утолщений, достаточно прямой кусок дерева длиной не более метра, предназначенный для работы одной рукой. Еще одной разновидностью палочья являлся «кол» или «дрекол», именуемый также «жердь», «орясина», «дрюк», «дрючок». Он представлял собой уже двуручное оружие и мог достигать значительной длины – до двух метров и более. Драка «кольем» требовала большего простора, чем драка на палках, поэтому бились «врасходку» - на достаточном удалении друг от друга. Кол вращали «вперекидку» очень быстро и с большой силой. При работе с таким длинномерным и тяжелым оружием как кол, очень большое значение имел «постав» - стойка равновесия, а также «повертка» и «выступка» - движения ногами, переходы из одной стойки в другую. Как говорится – «нога спотыкнется, а голове достанется». Кол служил неплохим оружием и в лихую, военную пору. У настоящего боевого кола могли быть заострены (оттяпаны) один или оба конца, да еще обожжены на огне – для твердости.

Э. Соколовский 'Илья Муромец'

Однако, для серьезного боя изготавливали уже палицу (дубину) – достаточно массивное и утяжеленное на конце ударное оружие, которое можно смело назвать национальным и народным. О популярности палицы говорит множество местных, диалектных названий этого воинского снаряда, бытовавших в разных концах Русской Земли, например: «киндяга» (Олонецкий край), «бильдюга» (Рязань, Курск), «кичига» (Новгород), «булдыга» (Владимир), «увесина», «талызина» (Псков), и т.д. Двуручная боевая дубина, усиленная железными полосами и усаженная по комлю гвоздями, называлась в старину «ослопом» или «ослопиной». По сохранившимся свидетельствам, в средневековом московском войске имелись целые отряды служилых людей, вооруженных таким оружием. Их называли «ослопники, дубинники, паличное воинство».
Большинство героев народного эпоса явно отдавали предпочтение этому виду оружия перед всеми другими. Почти в каждой богатырской былине присутствует традиционное описание сборов богатыря в дальний путь или на бой против недругов, где подробно перечисляется конская сбруя, вооружение и снаряжение, которое он берет с собой. И практически всегда в списке на первом месте «палица булатная», а уж потом следуют «копье долгомерное», «сабля харалужная» и «ножище-кинжалище», которые воспринимаются скорее как оружие запасное, вспомогательное. К сожалению, дерево – материал недолговечный. Подлинных образцов этого наиболее распространенного некогда оружия сохранилось довольно мало, гораздо меньше чем мечей и сабель.
Говоря о богатырских былинах, следует сказать, что они дают весьма интересный и вполне достоверный (если не считать некоторой гиперболы по весу оружия) материал по боевым дубинам. Боевые палицы, упоминаемые в этих произведениях, довольно четко поделены на две основные разновидности. Первая разновидность - «дубина железокованная», изготовленная из самого тяжелого и прочного дерева наших лесов - дуба (о чем говорит само ее название), и стянутая по верху железными обручами и полосами - для прочности.

Другая разновидность палицы, довольно часто упоминающаяся в героических сказаниях, это так называемый «червленый вяз», толстая закомлястая палка из вяза, внутренность которой высверлена и для увеличения веса залита свинцом. Уже упомянутый нами новгородский удалец Василий Буслаев, принимая в свою дружину очередного товарища – Костю Новоторженина, проверяет его богатырскую стать ударом по голове «червленым вязом», где «в половине было налито тяжела свинцу чебурацкого». В другой былине можно встретить такое описание бродячей артели калик перехожих: «а палицы у них вязовые, с конца в конец свинцу налиту».
Из тех же былин мы знаем, что палица использовалась в конном бою не только как ударное, но и как метательное оружие. Сблизившись с супротивником, богатырь неожиданно бросал в него свою палицу, а когда оглушенный враг падал с коня на землю, добивал его своим булатным ножом – «распарывал груди белые, вынимал сердце ретивое».

БулаваОт палицы берет свое начало и такое известное ударное оружие профессиональных воинов, как «булава» (насека, буздыган). Булава – это короткая дубинка с круглым каменным или металлическим навершием – «яблоком». Рукоять булавы для прочности часто оковывалась железом (были даже цельнометаллические рукояти), и имела «темляк» - ременную или веревочную петлю. В народе булаву называли «балда с балдовищем».
Основная особенность булавы – сильно смещенный центр тяжести при большом общем весе оружия, поэтому говорить о каком-то изощренном фехтовании ею не приходится. Булава рассчитана на один-два точных и сокрушительных удара, и требует от бойца только двух качеств: хорошего глазомера и богатырской силы. А богатырская рука, как известно, дважды не бьет – с одного раза все кончает. Булава очень эффективна в ближнем бою, в стесненных условиях (гуща сражения, узкие лестницы и парапеты крепостей) и против тяжеловооруженного противника, поскольку не застревает в щитах и доспехах. Кольчуга от этого оружия не защищает совершенно, пластинчатые латы – немногим лучше. Хотя оголовок булавы и не пробивает железного панциря, оставляя на нем лишь вмятину, однако ударная волна при ударе уходит вглубь тела воина, сокрушая там кости и внутренние органы. Сильный удар булавой по щиту может вызвать онемение и даже перелом руки противника, а также выбросить его из седла, если это всадник.
В XVI-XVII веках среди профессионального воинства и знати стал очень популярен «пернач» (перяник) - разновидность булавы, у которой навершие выполнялось в виде нескольких толстых, расходящихся веером пластин из хорошей стали, по форме напоминающих оперение стрелы. Чаще всего таких перьев было шесть, поэтому оружие это получило еще одно название - «шестопер». Шестопер, сохраняя все боевые качества булавы, был лучше сбалансирован за счет облегченного оголовка и тяжелой цельнометаллической рукояти. Им было можно фехтовать, вращая во все стороны, и отражать удары мечей и сабель.

Помимо чисто боевого назначения, богато украшенная булава издревна считалась знаком отличия воеводы или казачьего атамана. Про хорошего военачальника говорили так:

Не атаман при булаве, а булава при атамане.
При войсковой булаве, да при своей голове.

В Московской Руси XV-XVII веков воевода, будучи поставлен во главе полка или отдельной рати, получал от государя дорогой, богато украшенный пернач – знак воинской власти.